Практически все музыканты, приезжающие в наш город с концертами фестиваля «Bach-fest», отмечают, что сумская публика слушает их как-то особенно. Очевидно, десятилетнее существование в Сумах фестивалей, которые организует Орест Коваль, дало своли плоды. Такие, что к нам с удовольствием приезжают выступать музыканты даже из Германии. Причем бесплатно.

После концерта журналисту «Данкора» удалось пообщаться с Маттиасом Вильке,
рассказавшем о том, как живут немецкие музыканты.

 — Сегодня на концерте было очень холодно. Вы не замерзли?

 — В первой части программы мне было холодно. Потом уже руки согрелись. На игре это не должно сказываться, потому что играть надо при любых условиях.
Конечно, в Германии такого не бывает. А здесь все по-другому. Условия здесь сложные, это чувствуется.

 — А как сегодня живут немецкие музыканты?

 — Это зависит от того, о каком музыканте речь. Если об оркестрантах, то они живут хорошо и надежно. Потому что есть договор, они обеспечены.
Если же человек работает на вольных хлебах, то тут сложнее. Германия — федеральное государство, и культура в нашей стране финансируется федеральными землями. Есть более богатые земли, есть менее. К примеру, в Баварии музыкантам живется очень хорошо, а вот в Берлине, который считается отдельной федеральной землей, не весьма. Кроме того, сегодня в Германии очень сильно сокращают деньги на культуру, и мы это чувствуем.
Поэтому, как и в Украине, нам нужно привлекать спонсоров. Государство больше не может этим заниматься, у него совсем другие задачи.

 — Сегодня свое выступление Вы сопровождали объяснительной информацией.
Это обычная практика для Германии?

 — Конечно, такие концерты-лекции у нас бывают, ведь надо искать себе слушателей. К примеру, в Берлинской филармонии проходят специальные концерты для молодежи, где сам дирижер водит слушателей по программе и объясняет. А вот недавно в Берлине открылся специальный музыкальный детский сад, с которым сотрудничают и наши оркестранты.

 — Вы отлично говорите по-русски. Как Вам удалось достичь такого уровня?

 — Я же из ГДР. Учил язык в школе. У меня к русскому языку был интерес с самого начала. Сразу в него влюбился. А вообще, я знаю несколько славянских языков. Правда, многие мои коллеги, которые когда-то тоже учили русский язык, сегодня его почти не знают. Конечно, моей практике помогают приезды в Сумы. А кроме того, я ведь в православной церкви работаю с русскими и украинцами.

 — Как случилось, что Вы — сын лютеранского пастора — стали православным?

 — Это был конец 60-х гг. Тогда на Западе — в Берлине, Париже — проходили студенческие демонстрации. В то время все критиковали, и протестантской церкви тогда пришлось нелегко. Ее называли церковью без Бога. И как раз в это время я искал. У меня было два выхода — либо принимать католичество, либо православие. Меня привлекло православие. Я и сегодня считаю, что это был правильный шаг.

 — Вы уже второй раз выступаете в Сумах. Как, по-Вашему, насколько зал филармонии подходит для такого инструмента, как клавесин?

 — Конечно, сегодня немного холодновато, но звучит клавесин здесь очень хорошо. В зале хорошая акустика. Иногда в хороших современных залах не очень хорошо играется, если нет контакта с публикой. А у вас публика очень хорошо слушает. Мы очень рады здесь выступать.