Сейчас театральные портные готовятся обшить «Последнюю женщину сеньора Хуана» — так называется новая постановка режиссера Александра Рыбчинского, которую зрители увидят в марте этого года.
Художник по костюмам Алла Ластовецкая уже заканчивает работу над эскизами. Как только худсовет их утвердит, вступит в дело пошивочный цех. На все про все — месяц-полтора (больше не бывает) и пять мастериц: три швеи, закройщик и заведующая цехом Любовь Медведь. На ее столе уже лежит книга с шикарными испанскими кавалерами в пышных нарядах XVIII века. Судя по всему, работа предстоит сложная.
Пока в театральном пошивочном цехе короткая передышка, мы попросили Любовь Александровну хоть немного посвятить нас в тайны театральной моды.
Помните анекдот: известнейший голливудский режиссер за баснословный гонорар предлагает нашему актеру сниматься в кино, а тот отказывается. «Не могу, - говорит. – У меня сейчас «елки». Только что в театре закончилась самая жаркая пора. Спектакль для детей в этом году назывался «Новогодний каприз принца». Пьеса детская, а вот отношение, особенно к костюмам, самое взрослое.
— Детей обмануть нельзя. Они замечают все, даже самые маленькие несоответствия, иреагируют очень непосредственно. Не тот хвост или не те уши могут сорвать спектакль. А о выходе на сцену в прошлогоднем костюме не может быть и речи. Дети все помнят. Да и самим хочется сделать что-то новое, — говорит Любовь Медведь.
До этого было открытие сезона – премьера «Трехгрошовой оперы» и новая пьеса «Гость». А сколько всего сценических костюмов пошито за 25 лет ее работы в театре, Любовь Александровна ответить не смогла – огромное количество. Но свой дебют – мюзикл «Три мушкетера» (1983 год) - любит до сих пор и вспоминает с улыбкой:
— Чтобы сделать отделку для костюма короля, пришлось содрать с окон шторки и порезать их на ленты. Когда шьешь фрак или мужской классический костюм, лучше не фантазировать, а в остальных случаях всегда приходится изобретать. Этим мне и нравятся исторические костюмы. Они интересней, красочней, нарядней… Женское историческое платье я шью с большим удовольствием, чем современные юбки и брюки, хотя по технологии они и сложней.
Самая большая сложность в том, что исторические костюмы приходится шить из современных тканей. Слава богу, ушли времена, когда артисты на сцене и зрители в зале были одеты чуть ли не одинаково. В последнее время театральных портных выручают секонд хэнды. Там можно найти очень редкие ткани — вышитые, тканые золотом. Вы не поверите, но персонажи «Тартюфа» (очень богатый и красочный спектакль 2003 года) одеты из секонд хэнда.
— Мы купили бархатные и гобеленовые шторы и превратили их в шикарные мужские жилеты и камзолы мольеровской эпохи, – делится секретами Любовь Александровна. — Подбор ткани очень важен – цвет, фактура и эксклюзивность. Надо сделать так, чтобы зритель не заметил, что ткань куплена в соседнем магазине. Нам помогают декораторы – берут краски и расписывают наряды. Так появились эффектные росписи на лифах балетных платьев в спектакле «Ханума» (2006 год).
А когда ставили на «Трехгрошовую оперу», решили, что нет ничего более подходящего, чем старые мужские костюмы из добротной плотной шерсти. По нашей просьбе их приносили работники театра и просто знакомые. Но такой прием скорее исключение, чем правило.
Готовые вещи из повседневного гардероба допустимы на сцене, если герой должен быть одет в свитер и джинсы. В остальных случаях, в том числе и современную одежду, мы шьем сами.
Кроме пошивочного цеха, в театре много незаметных для зрителей, но очень интересных и важных подразделений:
— парикмахерский цех отвечает за прически, парики, бороды, усы, косы, грим, ресницы;
— бутафорский цех мастерит шляпы, цветы, веера, вазы, лепнину;
— костюмерный цех переодевает актеров за кулисами;
— декораторский цех делает декорации, а также расписывает костюмы и предметы на сцене;
— реквизиторский цех готовит предметы, необходимые по сценарию (посуду, мебель, свечи, сигареты, еду, пистолеты, шпаги и т.п.);
А еще есть столярный и монтировочный цеха. А вот сценическую обувь щепкинцы заказывают на Сумской обувной фабрике.

