Я люблю ковры. И необязательно дорогие — просто нравится, когда в комнате на стене висит ковер и на полу лежит ковер. Знаю — не модно. Читала, что вредно. Но вот мне кажется: есть дома ковер и занавески на окнах — все, комната уютная. Может, это мой консерватизм, но не нравится мне, когда квартира превращается в офис. Поговорим об этом?

…Зима, заснеженная равнина, по которой едут сани и везут князя и княгиню.
Князь в длинной собольей шубе и меховой шапке. Княгиня в дубленке, украшенной изумрудами, сапфирами и рубинами, вся в кольцах и серьгах и других драгоценностях, в шелковом платке. Сани у них покрыты коврами – такими исконно украинскими, а за санями – длинный-длинный след на снегу…

Это не художественный вымысел, а кадр одного из исторических сериалов, которых сейчас так много по телевизору. Но вот вопрос: какой же он, этот исконно украинский ковер? Наверное, весь в ромбах и цветах, темный?

Вот была я недавно в Сумском художественном музее. Смотрю, а там ковер такой простой висит, похожий на рушник или гобелен. Мне сразу интересно стало. Наверное, такие ковры ткали девушки себе на свадьбу...

Оказывается, так и есть. Спрашиваю сотрудницу музея Людмилу Федевич:

— А что это у вас за ковер такой, похожий на половичок?

— Это кылым, — отвечает. – Или другое название — «пидвиконнык».

Коврик с таким непритязательным названием и такой непримечательный на вид не так прост, как кажется. В жизни девушки, которая становилась женой, он по смыслу всех этих традиций, был святым. Потому что соединял «порог» и «Бога».

Она должна была пройти путь от входной двери (это когда ее только пустили в избу женой) до Бога – в красном углу висели иконы и образа.

Ковер этот длинный, метров семь или восемь, но узкий – примерно метр в ширину. На нем нарисованы четыре вазы, в которых стоят цветы. На вид это все как в традиционной сельской хате (как, например, у моей бабушки).

Такой коврик мог покрывать и скрыню, то есть сундук. За сундуком раньше могли сидеть и обедать, как за столом. А вот на торжества этим ковриком застилали сундук или стол, а сверху – обязательно скатерть. И пели, например, на Рождество, колядку: «Заcтылайте столы, та ще й кылымами! Радуйся!»

Ковер этот - подольский, вазы на нем - не просто так украшение, а глубинные символы, потому что обозначают древа жизни.

— Мимо этих древ жизни девушка проходила путь, который прошли ее предки, — объясняет Л.Федевич.

Такие орнаменты были на коврах всех народов мира, даже в Древнем Египте. А в Иране, за век до того, как был изготовлен этот подольский ковер, на «вазонных» коврах специализировался целый город с красивым названием Керман (помните такой турецкий фильм «Королек, птичка певчая», так там жениха главной героини Фэридэ звали Кямран – очень похоже)…

В нашем сумском музее тоже есть старинный восточный ковер, огромный, на целую стену. На вид он старый-старый, в некоторый местах потертый до серых ниток. Цвета он преимущественно красного, весь испещренный густым геометрическим орнаментом. Растения и геометрические фигуры перемежаются.

Этот ковер, которому более двухсот лет, считается "новым" персидским.
"Изготовленный кочевниками" — написано в аннотации. Легко себе представляю, как шумит степь и кони несутся вскачь, а старая азиатская женщина сидит в юрте и ткет этот ковер…

Персидский ковер считается классическим, образцом, к которому надо стремиться. И даже на нашем сумском рынке торговцы коврами называют красные ковры с подобным рисунком классическими. И вы, наверное, обращали внимание, что на всех этих коврах есть такая рама. Оказывается, это охранная зона. На том персидском ковре, который в сумском музее, целых семь охранных зон, а внутри уже орнамент.

А есть еще старинный польский ковер. У него тоже широкая кайма – охранная зона. Внутри – символы. Ковер не простой, а свадебный. И поэтому на нем - гербы двух сочетающихся браком фамилий – мужской и женской.

— Женский — с лилиями, символами чистоты, а мужской с такими различными знаками, — комментирует Федевич. — Вот крепостная стена, вот крест тайного общества, дворянская корона. А бордюры — они везде бордюры, обозначали поле, жизненное пространство, где происходит действие. Эти бордюры и есть кайма, или, правильно, охранные зоны.

Ну, понятно, как в наш художественный музей попали украинские ковры. А вот персидский и польский? Дело в том, что все ковры — из коллекции киевского коллекционера Оскара Германовича Ганса, поляка по происхождению.

— И вообще, не спрашивайте у меня о том, как к нам попадают экспонаты, уговаривает меня Людмила Константиновна, — это большая тайна и целая детективная история!

Кстати, в ноябре можно будет увидеть коллекцию ковров художественного музея в необычном контексте.

Ковер? Валяй!

Сегодня модно возвращаться к традиционности. Одни из самых эксклюзивных ковров для самых модных интерьеров — валяные вручную.

Классическая техника валяния руками подразумевает наличие нескольких факторов: шерсть, вода, мыло и две руки. В принципе, валяние руками в щелочной среде возникло и развивалось независимо, во всех странах, где были одомашнены овцы и козы. Особенно глубоки традиции валяния в Азии, России, Финляндии и Перу. Существует также красивая легенда, гласящая, что первый валяный ковер появился на Ноевом ковчеге. Овцы, плывшие на нем, находились в очень тесных помещениях. Их шерсть падала на пол, намокала и взбивалась копытами. И когда овцы покинули ковчег, то в помещении остался валяный ковер.

Сейчас чудесные валяные ковры делает финский дизайнер Каролина Арвиломми.