В его коллекции более тысячи экземпляров. Страсть коллекционирования переросла в серьезный исследовательский труд, итогом которого стал трехтомник «Колокола и колокольчики», недавно презентованный Сергеем Сукачем в Сумской научной библиотеке. Недалеко от Сум у Сергея Ивановича есть своя уникальная в своем роде мастерская. Коллекционер разработал собственную технологию реставрации колоколов.

Объять необъятное

По подсчетам Сергея Ивановича, за всю историю колокольного литья было отлито 2,5 – 4 млн. единиц продукции, из которой сохранилось около двух процентов изделий.

- Привести все это в систему очень сложно, но крайне необходимо, — считает Сергей Сукач. — В начале 90-х я стал пробовать писать о колоколах. Задача оказалась весьма сложной. Информации было не так уж много. Я стал серьезно заниматься исследованием колоколов как физического тела и сигнального устройства. Как член Ассоциации колокольного искусства России, опубликовал с десяток статей. В Украине, к сожалению, такой ассоциации нет. Наши украинские дела в этой сфере меня удивили. Только у нас нет Реестра колоколов. До 90 процентов колоколов принадлежит епархиям. Если колокол разбит, его запросто могут сбросить и сдать на металлолом.

Особенности национального литья

В Киевскую Русь искусство литья колоколов пришло из Византии и Европы. Образец самого старого славянского колокольного литья, сохранившегося до наших дней, находится в соборе Святого Юра во Львове. Юрский колокол отлит в 1341 году.

Центром колокольного литья в Украине был Глухов. В 1699 году там стал отливать колокола Иосиф Тимофеевич Балашевич. Сохранились один или два колокола Балашевича — они отличаются лепкой снаружи. А колокола сына мастера Карла Иосифовича Балашевича украшены подобно патине. Установлено, что лепка ухудшает звучание. Семейные традиции Балашевичей продолжил племянник жены — офицер- артиллерист Горлякевич. Его колокола отличаются специальным знаком – летящим голубем.

В середине XIX века колокола стали отливать на украинских заводах.

Украинские колокола, в отличие от русских или европейских, приземистые — высота почти равна ширине. А украшения на них отражают широту взгляда украинцев на красоту. Библейские сюжеты носят ярко выраженный народный характер: Христос — виноградарь, Богоматерь в праздничной украинской одежде, Петр и Павел в лодке тянут сети.

- Украинские колокола прекрасно воспринимают специалисты за границей, — говорит Сергей Сукач. — Информации о них в интернете нет. Мое издание – это маяк, на который могут ориентироваться ученые и исследователи.

Первый звон

- Впервые колокола я услышал в детстве — в составе оркестра Харьковского оперного театра. Меня даже подвели к стойке, где они находились. Увидев мой восторг, музыканты подарили мне бубенец, — вспоминает Сергей Иванович. – Но никто не мог мне объяснить, почему он все время звучит по-разному. Тогда я взял и распилил его ножовкой пополам, но ответа, конечно, не нашел. Было стыдно и досадно.

Повзрослев, Сергей Сукач с трепетом стал рассматривать в бинокль колокола на харьковских церквах. Но тогда они не звонили – было запрещено (разрешили звонить лишь в конце 80-х). Чтобы услышать колокольный звон, однажды на Пасху пробрался в толпе в церковь, рискуя изгнанием из комсомола, и прочими напастями.

- Я слушал и плакал, — вспоминает коллекционер. — С годами колокола меня манили все больше. Уже став судьей, в конце 70-х я начал искать информацию о колоколах. Первый колокольчик купил на рынке в 1989 году. Хранил его на работе в сейфе, как самую большую ценность.

К счастью Сергея Ивановича, в семье его увлечение разделяют. Дарить родственникам подписные колокольчики стало доброй семейной традицией.

Сигнальные устройства

До 90 процентов коллекции составляют ямские дужные колокольчики (вешались под дугой запряженной лошади). К украинской культуре они отношения не имеют. Это гости из России.

- Дужные колокола — это сигнальные устройства, которые применялись в русских почтовых тройках, — объясняет коллекционер. — Чаще всего их отливали на Валдае.
Датировать колокольчики начали с 1802 года, но, безусловно, они существовали и раньше.

В коллекции Сергея Ивановича есть и кабинетные колокольчики, и сервировочные, и ботало. Первые обычно находились в кабинете на столе хозяина и служили сигналом для слуги. Вторые всегда были под рукой у хозяйки, дававшей распоряжение служанке подавать на стол. Третьи вешались на шею животным, чтобы пастух мог их контролировать.

Колокольная страсть

- Целенаправленно найти желаемое невозможно. Мы встречаем ценные экспонаты случайно, — говорит Сергей Сукач. – Коллекционирование – это очень заразная вещь, это инфицирует голову и финансово напрягает семью (коллекционных экземпляров дешевле $100 не бывает), но когда коллекционер "вгруз" то неизбежно приходит к исследовательской работе.

Трехтомник Сергея Сукача «Колокола и колокольчики» вышел в сумском издательстве «Ярославна», сразу став библиографической редкостью (тираж — всего 100 экземпляров).
Ознакомиться с ним можно в Сумской научной библиотеке. Помимо технических характеристик, перечня мест, имен авторов (это предназначено для ученых и исследователей), книга содержит «колокольные истории» в виде очерков и «колокольную биографию» — рассказ о том, как автором овладевала страсть коллекционирования.

- Ведь жить без страсти — что есть суп без соли, — говорит Сергей Сукач.

Справка

Ученые установили, что в волнах колокольного звона гибнут опасные для человека микробы. Колокола отливали в пушечных мастерских из сплава меди (80%) и олова (20%). Продавали их, как правило, без языка, владелец колокола заказывал его отдельно.