«Данкор» попросил г-на Иванущенко рассказать о результатах поездки, поделиться соображениями о перспективах Майдана и роли украинской диаспоры в современном революционном процессе.

От написания истории — к ее созиданию

— Так получилось, что начало революционных событий Вы пропустили?

— Да. И очень переживал по этой причине. Но события стали разворачиваться так, что хватило и мне.

— Вы были в Канаде, когда на рассвете 30 ноября «Беркут» громил студентов, и собственными глазами видели реакцию украинской диаспоры. Расскажите о ней.

— Это был шок. В Торонто люди стихийно начали собираться, чтобы выразить протест. К тому времени там уже прошло несколько местных Майданов возле украинского консульства, собиравших до 2-3 тыс. человек. В знак протеста подала в отставку первый секретарь Посольства Украины в Канаде Наталья Голуб. Много дипломатов, работавших раньше и находящихся в Канаде, выражали свое возмущение и приходили к нам, чтобы выразить поддержку. Конечно же, активизировалась работа украинцев, имеющих опыт дипломатической работы, в общественных организациях, чтобы мобилизовать западный мир на помощь Украине.

Примечательно, что во время этих событий активизировалась четвертая волна украинской диаспоры. Это люди, приехавшие на заработки. Сейчас они более прагматичны, о своем благополучии заботятся больше, чем об общественной жизни диаспоры. Но это как раз то живое звено, которое имеет непосредственную связь с Украиной через родителей, родственников, друзей. Сейчас они очень активно подключаются.

Для себя я сделал вывод: украинский мир большой, сильный и солидарный. Это важно знать украинцам и там, и здесь. Благодаря таким моментам, как Майдан, «сшивается» история и современность.

Майданы — это тектонические моменты (жажда свободы), которые приглушены разными обстоятельствами, но они есть. А это значит, что нация жива.

— Зачем Вы ездили в Америку и Канаду?

— Это была командировка продолжительностью семь с половиной месяцев (с 26 апреля по 13 декабря) в рамках проекта Центра Исследования Освободительного Движения — научной общественной организации, занимающейся исследованием украинского освободительного движения XX века и процессов, связанных с ним. В марте прошлого года мы запустили сайт (http://avr.org.ua) — это Электронный архив освободительного движения, который посетило уже больше 50 тыс. пользователей. Для наполнения сайта нам недоставало документов, связанных с событиями 1917-20 гг.

Первая часть моей командировки (полтора месяца) прошла в Кливленде (США), где я работал в Украинском Музее-архиве. Остальное время по приглашению украинской общественности Торонто занимался упорядочением архива Исследовательского института «Украиника». Кроме того, читал лекции и делал доклады на тему освободительного движения на Сумщине и Голодомора, т.к. проходили официальные мероприятия, приуроченные к 80-летию этой трагедии. Я посетил примерно полтора десятка городов США и Канады и сделал около 30 докладов. Были встречи с украинской общественностью, канадскими учеными (например, в Университете Манитобы). В начале ноября состоялась большая международная конференция в Принстонском университете (Нью-Йорк).

— Чем зарубежным историкам может быть интересна Сумщина?

— Сумщина — единственная область, которая оцифровала архивные документы на персональном уровне, свидетельствующие о Голодоморе. Это очень заинтересовало ученых не только нашей диаспоры, но и американских, канадских и европейских университетов. Во время конференции в Нью-Йорке мы договорились о продолжении сотрудничества. Они заинтересованы, чтобы эти документы были выложены в Интернет, и уже с ноября мы начали выкладывать их на сайте электронного архива Центра Исследования Освободительного Движения http://avr.org.ua.

Но события, связанные с революцией, немного приостановили этот процесс, т.к. все ученые-историки сейчас задействованы больше в создании истории, нежели в ее написании. И это вполне объяснимо...

Прямо с сайта Центра Исследования Освободительного Движения информация будет размещаться на сумском историческом портале (history.sumynews.com). Все интересующиеся, имеющие погибших родственников, желающие самостоятельно искать историческую правду, не особо доверяя интерпретациям, могут посмотреть, скачать, проанализировать, подсчитать и сделать выводы.

— Какие встречи за время поездки Вы считаете наиболее ценными?

— Была очень интересная встреча в Нью-Йорке с одним человеком с Черкасчины, с Холодного Яра, — господином Тихоном. В эмиграции он дружил с атаманом Лютым Лютенко и с нашим земляком Иваном Павловичем Багряным. Это была достаточно информативная встреча.

В Кливленде я познакомился с выходцем из села Дубовичей (нынешний Кролевецкий район). Как известно, Дубовичи были центром украинского партизанства 20-х годов. Оттуда много знаковых фигур — и атаманы братья Шубы, и сотник армии УНР Василь Падалка (мой собеседник был лично с ним знаком, хоронил его на кладбище Баунд-Брук в Нью-Джерси).

— Что интересного обнаружили в архивах?

— Там очень хорошо поставлен вопрос исторической памяти в изданиях — очень много в свое время было издано. К сожалению, эти вещи теперь существуют в одном-двух экземплярах. Поэтому оцифровывание дает им второе дыхание.

Я был просто поражен, как в некоторых Украинских центрах заботятся о сохранении первоисточников. К примеру, в Кливленде нашлась газета «Черноморская коммуна» за 1932-33 годы, вывезенная из Царгорода (так в некоторых украинских изданиях тех времен назывался нынешний Стамбул) бывшим сотником армии УНР. Там есть очень интересные моменты. К примеру, рассказ о том, как в кабинете первого секретаря Одесского обкома собрали агрономов и говорили, что надо в октябре-ноябре сеять, несмотря на то, что это приведет к гибели посевов. И агроном выходит из кабинета с глубоким убеждением, что первый секретарь Компартии больше понимает в сельском хозяйстве, чем он.

Касательно репресий — ментальные моменты совпадают один в один: Янукович пришел на фракцию ПР и всех «убедил», как надо «правильно» голосовать.

Очень интересные источники есть в Виннипеге, который до Торонто был центром украинской диаспоры в Канаде. Поскольку сначала украинских переселенцев везли преимущественно на запад, на незаселенные территории, где совершенно в ужасных условиях приходилось налаживать жизнь. Канадские украинцы в шутку говорят, что у них тоже есть «західняки» и «східняки». «Західняки» — это Виннипег, а «східняки» — Торонто. В Виннипеге очень много источников именно 20-30-х годов. К примеру, в «Украинском обществе образования и культуры» сохраняется восемь коробок личного архива основателя ОУН Евгения Коновальца, четыре коробки личного архива нашего земляка Евгения Онацкого из Глухова и очень много видеоматериалов. Среди них было найдено видео с похорон Е.Коновальца в 1938 году. Одна из этих бобин оказалась даже оцифрованной, скоро можно будет увидеть эти кадры на сайте «Электронного архива освободительного движения». Очень много сохранилось писем и личных воспоминаний, написанных в 30-х годах уже в Канаде, по свежей памяти.

Сумской след

— Что нового Вы обнаружили для людей, интересующихся именно сумской историей?

— В Институте св.Владимира в Торонто есть 820 часов аудиозаписей (частично оцифрованных), в том числе и воспоминания, касающиеся Сумской области. Говорят люди, пережившие Голодомор, остарбайтеры, диссиденты, пережившие Вторую мировую войну. Есть один документ, где житель Западной Украины вспоминает, как в его доме якобы проходили переговоры Ковпака, Руднева с представителями УПА.

Заметна разница, как люди рассказывают там, в свободном мире, и у нас. Здесь до сих пор боятся говорить. Когда мы с учениками Севериновской школы в свое время готовили книгу о Голодоморе, треть респондентов, которые делились своими воспоминаниями, потом отказалась ставить под ними свою подпись.

— Собранные материалы будут только в электронном виде или станут основой для новых книг?

— Как и было запланировано еще во время моей работы в Гос-архиве Сумской области, я и в дальнейшем буду издавать тома сборников документов по украинской революции 1917-20 гг. и повстанческому движению 20-30-х гг., ОУН-УПА на Сумщине, диссидентскому движению. В первые-вторые тома всех вышедших книг вошли материалы, «лежавшие на поверхности» даже в наших архивах, тематику которых можно определить из описей, а теперь добавилось очень много документов диаспоры, показывающих жизнь наших земляков за рубежом. Есть очень яркие личности. К примеру, братья Тимошенко из Конотопского района (Степан, Сергей и Владимир) — все трое были министрами в разных правительствах Украинской Народной Республики (УНР) в 1917-1920 гг., все трое в эмиграции стали академиками нескольких академий мира. Так вот, Сергей Тимошенко был архитектором. В США, Канаде, Аргентине и Парагвае по его проектам было построено около 400 церквей. Для меня очень важно было найти следы его деятельности, чтобы показать, насколько наши люди могут быть успешными в демократических условиях.

— А следов пребывания в Виннипеге нашего земляка, летчика Степана Супруна, семья которого в 30-х годах вернулась в СССР, Вы не обнаружили?

— Когда-то я познакомился с человеком по имени Марко Супрун. Он сначала жил в Нью-Йорке, потом принял гражданство Украины и поселился под Киевом. У него родня из Конотопского района, с.Казацкое. Я спрашивал: нет ли какой-нибудь связи? Но он об этом ничего не знал. Хотя связи с архивистами Виннипега остались — можно продолжить поиски...

Тогда многие семьи, купившись на советскую пропаганду об украинизации, вернулись в советскую Украину, впоследствии став жертвами репрессий (к примеру, семья Крушельницких...). Я встречал издания на украинском языке, к примеру «Украинской секции компартии США» или «Коммунистической партии Канады». Знаете, чем эти издания интересны для нас сегодня? Они с коммунистических позиций очень активно критикуют российский империализм как явление. Такие издания надо сохранять и показывать, как это выглядело в начале прошлого века, когда еще была вера во всемирное братство на уровне общественной теории. А в результате шило из мешка вылезло и мы увидели, что за многими прекрасными лозунгами о всемирном братстве стоят определенные империалистические желания.

Действительно, коммунистическая пропаганда в те годы была сильной и многие семьи поддавались, но после 1933 года как «ножом отрезало». А бывшие коммунисты, побывавшие в голодной Украине, которым удавалось вырваться назад, уже убежденными антикоммунистами писали об этом книги.

Как вчера, так и сегодня

— Что общего у нынешних революционеров и участников сопротивления прошлого века?

— Твердость и непокорность. Несмотря ни на что украинцы смогли выстоять и сберечь свою идентичность. В Канаде и США очень много украинских учреждений. «Это строили наши родители. Приходили с работы и строили. Цент к центу складывали на детский сад, школу, церковь…» — с гордостью рассказывали мне потомки наших эмигрантов. То же самое и на Майдане: приходят люди из каких-то научных институтов, различных учреждений в обеденный перерыв, долбят лед, набирают в мешки и несут на баррикады. Другие приносят молоко, теплые вещи… Отдельная тема — люди непо-средственно на баррикадах на ул. Грушевского, день и ночь реально готовые умирать за НАШУ свободу. Это настоящие герои!

Нам в свое время навязали штамп: менталитет украинца строится на принципе «моя хата с краю», и, когда нас душат, мы покорно наклоняем голову. На самом деле мы совсем не такие. И эта солидарность, стремление к свободе, желание жить нормальной жизнью заметны как в историческом разрезе, так и сегодня.

С 20-х, 30-40-х годов в отношениях народа с властью ничего, по сути, не изменилось. «Они» — наследники НКВД, СС, всех оккупантов, которые только были в Украине. Если бросать «коктейли Молотова» в типографию, где печатаются листовки для Майдана, если отрезать людям уши, пытать их, раздевать и издеваться на морозе, заставляя петь Государственный Гимн... Так что это такое?! Так могут поступать только оккупанты.

— Как же получилось, что после 22 лет независимости мы имеем столько «оккупантов» внутри страны?

— Советское воспитание, которое продолжилось и в 90-е годы. Имея 15 лет педстажа, я знаю, как непросто было воспитывать молодежь на примерах настоящих героев Украины, как это бесило чиновников от образования, которым нужно было только равнодушное стадо... Вот и видим сегодня: и героев, и рабов по разные стороны баррикад. Мы спрашиваем: когда мы станем европейцами? После того, как вытравим из себя «совок». Этот «совок» очень глубоко сидит, и дело даже не в поведенческих моментах, а в пренебрежении к личности, к собственности, к свободе. Это не присуще нашим людям, все это было навязано, и часть народа была в таком режиме воспитана. Это можно сравнить с ситуацией, когда во время Голодомора были пострадавшие, были те, кто пытался бороться, и активисты, прислуживающие власти. А еще были равнодушные, такие же, как и сегодня есть. Самое страшное оружие — это равнодушие. В любой стране, не только в Украине, зло побеждало благодаря равнодушию.

На Западе не все так просто

— Всегда украинские повстанцы надеялись на помощь Запада, но эффективной поддержки так и не получали. Какие прогнозы в современной ситуации?

— Мир намного прагматичней (не хотелось бы говорить «циничней»), чем мы себе представляем. Мои друзья, с которыми я завязал отношения, пишут, что каждый день у них проходят манифестации и «Евромайданы» в знак солидарности. Они лоббируют интересы Май-дана украинского на-рода пе-ред зарубежными  политиками, но делать это очень сложно. Во-первых, официальные круги черпают информацию из официальных кругов. Во-вторых, существует очень сильное лобби по дискредитации Майдана. Говорят, что Путиным в свое время вложены очень большие средства и в газеты, и в определенные группы людей, которые там это делают. Кроме того, сама бюрократическая и дипломатическая машина не может так быстро переориентироваться, ведь Украина была без пяти минут партнер, а теперь надо вводить санкции.

Есть еще один момент: мир так устроен, что европейские страны сделают свой шаг только после того, как сделает его Америка. Санкции начались с Америки, потом была Канада, сейчас рассматривает Европа. Да и в Европе есть разные тенденции. Это не так просто, но мир уже шокирован жестокостью, и украинцы всего мира проявляют огромную солидарность, чтобы донести правду. Для зарубежных политиков Украина всего лишь одна из 200 стран, и надо постоянно объяснять, расшифровывать и настойчиво отвоевывать информационное пространство у противоположной стороны, которая очень активно работает, и не только по отношению к сегодняшним событиям, а постоянно, системно. Судите сами: некий Виктор Полищук из Торонто, с книгой которого «Гірка правда про УПА» носятся местные коммунисты, в 70-е, т.е. разгар «брежневщины», беспрепятственно приезжает в Украину... набирает в архивах КГБ материалов и возвращается в Канаду.

Сейчас идет завершение цикла освободительной борьбы XX века, со всеми характерными чертами, присущими предыдущим периодам, в том числе и борьбой на «невидимом фронте».

— Как Вы думаете, каковы перспективы у нынешнего Майдана?

— Мы победим. Но сложно прогнозировать — какой ценой и когда. По сути, гражданская война уже началась, только она проходит не по географическим фронтам, а через души людей. Линия проходит по этическим, ценностным моментам.