К несчастью, спасти пилота не удалось.

На месте трагедии побывал корреспондент «Данкора». Село Славгород находится в 70 км от Сум и в 400 метрах от России. Совсем недавно здесь распаевали земли, долгое время принадлежавшие колхозу. Люди решили засеять их пшеницей, а перед этим обработать от сорняков гербицидами. Для этого наняли в Харькове пилота. Со славгородцами 41-летний пилот Владимир сотрудничал уже второй сезон. В этот день он вылетел рано, позвонил жене, к 11.00 пообещал вернуться домой. Было 8.15…

Долго искать место аварии нам не пришлось. За километр было видно скопление людей и машин. Здесь побывали руководители правоохранительных органов. Вот обгоревшие остатки самолета. От корпуса и кабины практически ничего не осталось. Уцелел только хвост и часть крыла. Рядом сломанное дерево, ствол с ободранной корой. По всей видимости, самолет врезался в него при падении. Тело пилота увезли в морг. Остатки самолета изучает следственно-оперативная группа. Это был одноместный легкомоторный самолет Z-37 чешского производства. О причинах трагедии пока никто ничего не говорит. Рядом с полем, которое должен был оросить самолет, огромный ров. Возможно, пилот впервые пролетал над этим местом и не знал, что здесь яма. Говорят, летел низко, воздушные потоки могли его затянуть вниз. Как бы там ни было, начато следствие, лишь оно вправе расставить все точки над «и».

Комментарий

Николай Алхутов, главный агроном ООО «Славгород»:

— Самолет подлетел, сделал нормальный разворот, а водитель мне говорит: «Садитесь в машину, а то может гербицидом забрызгать». Я только сел в машину, слышим: гул самолетного мотора заглох, секундное такое затишье и — удар… Водитель говорит: «Самолет разбился». Я говорю: «Да ты что! Не может быть!». Дверь машины открыл, вышел — ну метра 3–4 от нас самолет лежит в посадке, крыло одно отбито, кабина горит, где пилот сидел, и по обеим сторонам крыло горит. Водитель первый добежал, начал вытаскивать пилота. Я за ним.
Он ремни снял с плеч, начали вдвоем тянуть. Я говорю: «Витя, давай посильней». Хотели вырвать его оттуда — не получается. Кабина уже горела. Следующая волна (видно, горючее там было разлито) как охватила — и у Вити начали волосы гореть: мы уже не могли его вытащить. И все…

Хороший был человек, ему лет 40 было, дочке 11 лет. Я знал его уже два года, второй сезон он у нас уже работал, мы нанимали его. Я удивляюсь, как это случилось. Такой порядочный, вежливый, спокойный, таких людей я еще не встречал, как Володя…