- Вадим Игоревич, насколько реставрация ул. Фрунзе ответственная работа для Вас?

- Это, безусловно, ответственная работа. Вообще, любое архитектурное произведение, тем более когда это целый комплекс, дело очень ответственное. Но при этом еще и увлекательное. Реставрация - это творческий процесс, нужно вжиться в эпоху, к которой принадлежит здание. В этом-то для меня и увлекательность проекта - вернуть городу тот облик середины XIX столетия, который во многом утрачен. Это, например, касается архитектурной пластики фасадов, цветовых решений.

- Почему идет ориентация именно на XIX век?

- Надо ценить то, что осталось, а у нас остался в основном XIX век. Не говоря о Спасо-Преображенском соборе, о Воскресенской церкви. В основном это застройка XIX века, причем уникальная, нигде в другом городе вы такой не найдете.

- Как Вам даются компромиссы с другими причастными к проекту структурами?

- Сложно. На компромисс стоит или не стоит идти в зависимости от того, кому он выгоден. Каждый случай особый. Заниматься реставрацией тяжело в том плане, что когда-то были одни нормы, сейчас другие. Тем не менее мы же не для себя делаем, а для людей, нужно это учитывать.
Приходится искать выход. Если уступить невозможно, нужно какие-то компенсирующие мероприятия искать.
Нерешаемых вопросов не бывает, есть вопросы нерешенные.

- Какие места в Сумах в архитектурном плане Вам наиболее интересны?

- Исторический центр - это бесспорно. Это не только девять кварталов, о которых мы говорим, это и улицы Петропавловская и Дзержинского, это и комплекс усадьбы Харитоненко.

- Какие из своих проектов Вы бы сами отметили?

- Первые проекты - церковь Трех Святителей в Лемешах Черниговской области, Кловский дворец в Киеве, комплекс Молченского монастыря в Путивле. Ну и исторический центр в Сумах.
Надеюсь, скоро начнем восстанавливать церковь в селе Пустовойтовка, на родине последнего атамана Запорожской Сечи Петра Калнышевского.

- А бывает так, что уже после завершения проекта приходит мысль, что надо было сделать по-другому?

- Бывает, это всегда мучительно. Архитектура - такая штука, что исправить что-то очень сложно, если вообще возможно. Если музыкант написал партитуру, ее можно переписать. Там это безболезненно. А в архитектуре надо быть осторожным, ошибаться нельзя.

- Как Вы воспринимаете критику своих работ?

- Критика разная бывает. Когда она профессиональная, то это нормально. Ведь сам ты привыкаешь к проекту, и кажется, что все безупречно. Поэтому нужно советоваться с коллегами, для этого у нас созданы градостроительные советы. Но критиковать могут профессионалы, а высказывать мнение может любой человек. Это разные вещи. К мнениям тоже следует прислушиваться. Чтобы люди видели наши проекты, мы их время от времени выставляем на всеобщее обозрение.

- Как Вы нашли себя в реставрации?

- Трудно сказать. Просто интересовался и интересуюсь историей, иконописью. А архитектура и история - это реставрация.