Фильм о судьбе Александра Васильевича Колчака — одного из руководителей белого движения России в годы гражданской войны — вызвал неоднозначные оценки зрителей. Cвоими наблюдениями после просмотра фильма захотел поделиться с читателями «Данкора» сумской историк Олег Корниенко.

- В истории не бывает мелочей – из них складываются события, поэтому для исторических фильмов, пусть и художественных, крайне важна правдивость в изображении событий, а не сиюминутная конъюнктура зрительской аудитории. В фильме режиссерские ляпы и исторические несуразности встречаются на каждом шагу.

Вместо «Сибирского стрелка» — утюг-«Сокол»

- Эпизод боя на Балтике в начале фильма больше соответствует реальным событиям 1904 года, когда Колчак командовал миноносцем на Тихом океане, а не 1914-го. Тип корабля в фильме не отвечает ни его реальному названию, ни времени.

Реальный «Сибирский стрелок» с устаревшим утюгом-«Соколом» (именно такой корабль мы видим в кадре) спутать нельзя. «Сибирский стрелок» относился к более крупному типу кораблей – эскадренным миноносцам и внешне отличался от изображенного в фильме. А четырехтрубные миноносцы типа «Сокол» к 1914 году уже были анахронизмами.

Невзирая на ранги

- Удивляет чрезмерное количество офицеров на затрапезном миноносце 3-го ранга, в том числе командир в звании капитана 1-го ранга, в то время как кораблями данного типа командовали старшие лейтенанты, что соответствовало армейскому капитану. Офицеры не стояли за штурвалом, как показано в фильме — функции рулевых исполняли матросы или кондуктора-сверхсрочники.

Колчак назван «командиром дивизиона». Дивизион – это подразделение военных кораблей одного класса. Колчак командовал соединением (всеми миноносными силами Балтийского флота) и был начальником Минной дивизии. Он не мог напрямую командовать миноносцем, где вся полнота власти принадлежала командиру корабля, а не вышестоящему офицеру.

Проблемы со словоупотреблением

- Взять, к примеру, эпизод боя в Рижском заливе. На флоте считают оскорбительным употребление сухопутного термина «рапорт», а ударение, как и в слове «компас», ставят на последний слог. Стрельбу не «координируют», а корректируют, и делает это не старший офицер в чине армейского полковника. Тем более данные принимает не контр-адмирал.

Колчак называет себя командиром крейсера «Слава». Во-первых, «Слава» — не крейсер, а броненосец (корабль больших размеров). Во-вторых, достоверно известно, что во время высадки десанта на курляндское побережье им командовал капитан 1-го ранга Вяземский, погибший от случайного снаряда, после чего командование принял лейтенант Марков.

Решением Временного правительства на флоте отменялось обращение «господин» и «ваше благородие», употребительным было «гражданин». Судя по всему, создатели фильма о такой перемене не знали.

Техника на грани фантастики

- Компьютерщики «долепили» к «Славе» по три щитовых орудийных установки по каждому борту и явно не мелкого калибра. В реальности они бы висели в воздухе, т.к. бронированный каземат (закрытое помещение для орудий) был заподлицо с бортом.

Интересно, что тащат матросы в ящиках по палубе «Славы»? Ведь это не пехота: снаряды главного, среднего и противоминного калибров подавались элеваторами, а мелкокалиберные противоабордажные «пукалки» в дело не вводились по причине крайне малой дальности стрельбы и небольшой массы снаряда.

Пушки Гочкиса, установленные на корабле «Сибирский стрелок», были 47 мм, а не 45 мм, как говорит офицер в фильме. Выглядели они короткоствольными «обрубками», а в кадре наблюдаются 45 мм орудия 1930-40-х годов. Да и с обилием дыма при ведении артогня — явный перебор: ведь еще с конца ХIХ века флот и армия перешли на пироксилиновый бездымный порох.

А откуда в 1917 году взялись стеклопакеты в окнах (в сценах, где Анна передает письмо Колчаку, и на вокзале, где Анна и жена Колчака Софья обмениваются многозначительными взглядами)?

Неоднократно показан мощный локомотив серии «Ф», выпускавшийся после Второй (!) мировой войны.

Форменное безобразие

- У офицеров царского флота было более двух десятков видов форменной одежды на все случаи жизни. Для праздничных мероприятий предписывался мундир с эполетами, коих у главного героя и окружающих его офицеров в эпизоде на балу мы не наблюдаем.

В апреле 1917 года Временное правительство отменило ношение на флоте погон и эполет со звездочками — были введены нарукавные нашивки английского образца (с «петлей Нельсона»). Колчак Хабенского щеголяет с нашивками на погонах(!), а Сергей Тимирев – в старых погонах. В сцене на палубе корабля у Колчака две звездочки в верхней части «английских» погон (возле пуговицы), а в эпизоде визита к Керенскому – звездочки уже в нижней части погон.

У некоторых матросов на бескозырках гвардейская лента, свидетельствующая о принадлежности к экипажу корабля, заслужившего георгиевское знамя. На некоторых лентах не написано название корабля. Рядом в одном строю стоит лысый усач без ленты вообще. Судя по спасательному кругу, события происходят на новейшем на то время линкоре «Императрица Екатерина», который гвардейским не был.

Эффекта ради

- Адмирал Непенин в действительности был убит выстрелом из-за угла, а не расстрелян во время расправы большевиков над офицерами, как показано в фильме.

В эпизоде, где большевики потребовали у Колчака сдать оружие, адмирал бросает в море наградную георгиевскую саблю. Сабля, конечно, эффектней. Но в действительности, скорее всего, за борт должен был полететь кортик. Лица, которым жаловали золотую саблю, имели и золотой кортик. По этикету саблю надевали на торжественные мероприятия, а в повседневной обстановке, в какой происходили данные события, носили кортик.

И напоследок

- Господам продюсерам хочется порекомендовать: раз беретесь за историческую фигуру такого масштаба, как Колчак, не следует экономить на консультантах, а режиссерам нужно более детально знакомиться с биографией главных героев.