- Относительно судебно-медицинских экспертов. Вопрос принципиальный. В свое время, судебно-медицинские эксперты, которые давали вывод, нарушили ряд инструкций, уже не говоря, о клятве Гиппократа. Ряд инструкций обязывал их перед написанием выводов, отобрать образцы тканей органов, которые должны были служить основанием для гистологического исследования.  Зная о том, что возможен резонанс, не каждый ведь день в милиции люди умирают, эксперты недобросовестно отнеслись к исполнению своих обязанностей, за что должны понести ответственность. Мы назначили служебную проверку деятельности экспертов, при этом поставили принципиальный вопрос перед руководством областного бюро судебно-медицинских экспертиз -  не допустить укрывательства бездеятельности или халатности.

По информации г-на Билоконя, в настоящее время по делу о смерти Алексея Ходакова в Ковпаковском райотделе милиции проводится комплексная комиссионная экспертиза.

- По оперативным данным результаты комплексной экспертизы будут на следующей неделе. Она должна поставить все точки на «і» в части тех нарушений, которые были допущены экспертами областного бюро судебно-медицинских экспертиз. И все противоречия, которые возникали, должны быть устранены.

- Уточните, пожалуйста, комиссионную экспертизу проводит Главное бюро судебно-медицинских экспертиз Минздрава – то же, что проводило повторное вскрытие тела?

- Да. Только в первый раз они сделали первичную экспертизу – это практически уникальный случай в истории нашей судебно-медицинской экспертизы, когда из главного бюро приехали специалисты и провели вскрытие. Теперь они проводят комплексную экспертизу,  задача которой -  устранить те противоречия, которые возникли в предыдущих экспертизах. И сделать все для того, чтобы не дать возможности стороне защиты (защиты милиционеров – ред.), апеллировать тем, что есть две равнозначные экспертизы, которые противоречат друг другу, что может быть использовано в пользу защиты.

- В прошлый раз прокуратура сообщала, что милиционеры отказываются давать показания. А как сейчас?

- Они дают те показания, которые выгодны для них. Ни один из них не взял на себя ответственность, что это я взял и сделал. Они обвиняют друг друга – это тоже прогнозированная защита, когда человек стоит перед выбором – либо отвечать за свои действия, либо за действия других. Прокурор сейчас эту форму защиты отрабатывает.

- Известно ли Вам что-либо о расследовании уголовного дела по факту убийства

Константина Литвиненко, из за которого, собственно, в райотдел и приглашали Ходакова?

- Единственное, что я могу прокомментировать, до сегодняшнего дня труп Литвиненко не найден.

- Как вы можете оценить действия сектора по связям с общественностью УМВД Украины в Сумской области, который 13 июня 2012 года обратился в СМИ с просьбой проинформировать о розыске Константина Литвиненко – то есть спустя почти полтора года после того, как человек пропал? При этом до трагедии в райотделе таких объявлений не было.

- Если бы такие сообщения поступали регулярно, раз в месяц или трижды, я бы сказал, что это так идет следствие. Если через полтора года вспомнили, то это вопрос не к пресс-службе, это вопрос к следователю, к тому специалисту, кто отвечает за розыск людей, которые пропадают.