Не претендуя на объективность, А.Чапай считает, что его книга может стать достоверным документом, рассказывающим, чем по-настоящему дышит страна.

Украина как она есть

Почти два месяца Артем Чапай с супругой колесили по Украине на мотоцикле, прозванном Мамайотой. Мамай — так Артем хотел назвать коня, о котором мечтал в детстве. Кроме того, хотелось учесть самурайские корни техники. Вот и получилась «Мамайота». Хотя это, скорее, для обложки, а в тексте бэушный байк именуется «Йобрик» — именно так маленькую 125-кубовую «ямаху» модели YBR называют байкеры.

Цель путешествия — открыть настоящую Украину, о которой никто не пишет, которую не показывают по телевизору.

— Я специально не заехал в Хоружевку. Увидел дорогу европейского качества и сразу подумал: это будет типичная потемкинская деревня, не имеющая ничего общего с реальной Украиной, — говорит А.Чапай.

Чтобы всех бандюг пересажали

Людям, встреченным на западе и востоке, севере и юге, Артем ставил два вопроса: «О чем вы мечтаете?» и «Что для вас значит Украина?». В итоге — эпиграф для книги: «Я так люблю свою страну — и ненавижу государство».

— За все время путешествия я не встретил никого, кто бы хвалил центральную власть. Некоторые хвалили местную власть. Но центральная власть государства вызывает лютую ненависть у всех, независимо от региона и электоральных предпочтений, — отмечает А.Чапай и говорит: его удивило, что многие его собеседники мечтают не о каких-то личных благах, а о том, чтобы пересажали всех бандюг, дерибанящих страну.

По словам Артема, в дороге встречались преимущественно позитивные персонажи, поэтому А.Чапай посвятил книгу «всем людям, которые помогают другим».

Гондурас не за горами

Примечательно, что несколько лет назад Артем проехал автостопом всю Центральную Америку. Теперь, наездив на байке почти 7 тыс. километров по Украине, пришел к выводу: украинцы больше похожи на жителей Центральной Америки, чем на европейцев.

— Хоть мы и хотим считаться европейцами, к сожалению, движемся в сторону Латинской Америки. В Мексике, например, за исключением Мехико, не существует пенсий — это то, к чему мы идем.