Если раньше после первых родительских собраний, на которых, как правило, озвучивают суммы платежей «на школу», в редакцию жаловались родители с минимальными доходами, то в этом году с традиционным «так дальше продолжаться не может, надо что-то делать!» обратилась семья предпринимателей.

Средний класс школу не потянет

Мама двух школьников, по понятным причинам попросившая не называть ее фамилию (это тоже выразительно характеризует обстановку в сумских учебных заведениях), рассказала, что они всегда охотно помогали школе и готовы в меру своих возможностей делать это и впредь, но не в такой форме, как им навязывают.

— Родительские собрания теперь существуют не для обсуждения успеваемости, а для решения хозяйственных проблем: поставить дверь, врезать замок, заменить окна, повесить шторы и пр., — сетует родительница. — Зав­хоз теперь, оказывается, занимается только общими школьными помещениями, а содержание классов повесили на учителей. У меня уже нет сил смотреть на эту бедную учительницу, бьющую на жалость: «Вы меня поймите! Если мы чего-то не сделаем, не сдадим, меня выгонят с работы». На во­прос «Откуда взялись такие суммы на школу?» (а с каждым годом они все больше и больше) ответ стандартный: «Постановил родительский комитет школы». Когда постановил, ведь родительских собраний, где избирают родительские комитеты, еще не было. Выходит, озвучиваются суммы, которые никем не обсуждались. Деньги сдаются наличными. Куда они идут, никто не знает.

Самое простое — потребовать у родителей

Называть конкретное учебное заведение особого смысла нет. Мы опросили знакомых родителей учеников разных школ — картина одинаковая, только суммы «на школу» немного отличаются. В среднем по городу получилось 50-60 грн. в месяц (в старших классах плата доходит до сотни гривен). В год набегает до полутысячи. И это в кризис, когда многие сумчане еле-еле сводят концы с концами, либо вообще не получая зарплату, либо получая ее не вовремя или не в полном объеме. Разве директора школ об этом не знают?

Обратись они с подобными финансовыми просьбами не к родителям, а куда полагается — к собственнику учебных заведений (городской власти), им бы сразу указали на проблему с наполнением бюджета. Так неужели непонятно: бюджет не наполняется, потому что нет доходов у горожан. А нет доходов, значит, может, надо сжалиться над родителями и в кризис не планировать покупку новой мебели, ковровых дорожек, установку пластиковых окон и прочие расходы, которые разумные хозяева, если нет денег, откладывают до лучших времен.

Куда идут деньги

Хотя, как утверждают родители, в большинстве случаев на окна, двери и все, что касается ремонта и оборудования классов, деньги сдаются отдельно. Если учесть, что зарплату коллектив школы получает из бюджета и коммунальные услуги тоже оплачивает бюджет, тогда действительно куда же идут деньги «на школу»? Например, если в школе около 500 учеников, то «выручка» составляет примерно 25 тыс. грн. ежемесячно!

Родители теряются в догадках: а вдруг деньги оседают в карманах руководства школ или идут наверх — в управление и министерство?

Развеять все сомнения с родительскими деньгами должна была децентрализация бухгалтерий (судя по отчетам чиновников, успешно завершенная в прошлом учебном году). В каждой школе теперь есть своя бухгалтерия. Так почему же деньги «на школу» пошли не туда, а снова по классам? Ведь обещали: это будет такая бухгалтерия, где каждый родитель сможет контролировать расходы школы.

Более того, некоторые родители связывают увеличение суммы поборов именно с децентрализацией, сделавшей школы крайними в расчетах с поставщиками продуктов: мол, директора предусмотрительно накапливают средства, чтобы в том случае, если подведет бюджет, было чем расплачиваться.

«Родительские» комитеты

Теперь несколько слов о родительских комитетах школы — ключевом звене в схеме поборов, наверное для того и существующем, чтобы директора не посадили за вымогательство. Если они берут на себя смелость легализовать поборы, своими решениями формально превращая их в благотворительную помощь, почему бы этим комитетам не взять на себя труд соблюдать основной принцип благотворительности — добровольность пожертвований. Если эти комитеты действительно родительские. Для начала: почему бы им самим, а не учителям, доводить до сведения родителей свои решения о сборе денег.

А вообще-то родителям следует задуматься: нужны ли им швондеры, прикрывающие директоров школ? Ведь чуть что — директор заявляет, что к родительским деньгам не имеет никакого отношения, сколько родители решили, столько и сдают, куда решили, туда и тратят. Отчеты комитетов о потраченных деньгах если и имеют место, то, как правило, носят формальный характер. А ведь в каждой школе есть доски объявлений (кстати, сделанные тоже за родительские деньги). Так почему бы родительскому комитету школы ежемесячно (ведь собирают деньги каждый месяц) не вывешивать информацию о том, куда все-таки идут родительские деньги.

Самое удивительное, что все — от домохозяек до прокуроров — прекрасно все понимают, но мы почему-то уверены, что через год в редакцию снова обратятся родители с традиционным «надо что-то делать!». Возможно, это уже будут представители не среднего бизнеса, как в нынешнем году, а крупного.

Диана Ольшанская, Елена Адаменко